Виктория Агапова: Нобелевская премия по экономике 2026 и роль ожиданий

Автор колонки в Укринформе Виктория Агапова объясняет, почему Нобелевскую премию по экономике 2026 года присудили Роберту Голлу и Майклу Вудфорду. По её мнению, главная заслуга лауреатов в том, что они обосновали простую вещь: успех государственной политики зависит от того, чего люди и бизнес ждут от будущего.

Нобелевская премия по экономике 2026: за что наградили Голла и Вудфорда

Шведская королевская академия наук отметила обоих экономистов «за микроэкономические основы макроэкономической стабилизации». По словам Агаповой, они изучали, как прогнозы и надежды людей сказываются на объёмах производства, ценах и действенности решений власти. Центральный вопрос их исследований: как правительству и центробанку стабилизировать экономику, если граждане по-своему отвечают на шаги государства.

Почему старые модели перестали объяснять инфляцию

Автор начинает с истории. В 1958 году А. Филлипс заметил, что инфляция и безработица меняются в противоположных направлениях; эту закономерность позже назвали кривой Филлипса. Если экономика почти исчерпала резервы и безработица невелика, дополнительный спрос, в том числе государственный, лишь удорожает товары. Если же часть мощностей простаивает, стимулы спроса могут создать рабочие места. На этом держался рецепт Кейнса, который помог выйти из кризиса 1930-х.

Когда же власть пытается увеличить занятость за счёт инфляции, закономерность исчезает: фирмы и домохозяйства подстраивают свои производственные планы и траты. Наглядно это проявилось в 1970-х. Тогдашний кризис возник из-за дефицита нефти, то есть ограничений предложения, а не из-за избытка товаров, как в 1930-х.

Экономисты пересмотрели свои модели. Первым это сделал Роберт Лукас, лауреат 1995 года. Он предположил, что люди и предприятия смотрят вперёд и реагируют на объявленную политику. Его «критика Лукаса» состоит в том, что последствия решений власти нельзя оценивать только по данным из прошлого. Нынешние лауреаты развили эту мысль:

• Голл исследовал, как люди планируют расходы, учитывая нынешний и ожидаемый доход;
• Вудфорд соединил эти выводы с тем, что цены и зарплаты меняются с запозданием, и создал теоретическую основу новой кейнсианской модели.

По словам автора, большинство макроэкономистов сегодня пользуются этой моделью и её вариациями, чтобы объяснять и прогнозировать действие макроэкономических мер.

Микроэкономическая основа: зачем правительству заглянуть «внутрь коробки»

Голл выдвинул гипотезу, что изменения в потреблении невозможно предсказать, поскольку их определяет новая информация. Агапова приводит пример: человек, который ждёт повышения на работе, увереннее смотрит на будущие доходы и тратит больше уже сегодня. Если повышения не ожидается, он тратит меньше и больше откладывает. Понимая такую логику, правительство лучше предвидит отклик на свою политику.

Автор подчёркивает: государству нужно учитывать не только показатели статистических служб, но и то, как реагируют люди и компании и как её объявления формируют ожидания. Традиционные кейнсианские модели опирались на статистические и исторические связи между макроэкономическими переменными. Новые строятся на решениях отдельных людей и предприятий, которые действуют рационально с учётом всей доступной им информации.

Ожидания в украинской экономике: три примера

Агапова считает, что влияние ожиданий видно каждый день, и приводит три случая:

• летом 2026 года после массированных российских атак на склады в киевских супермаркетах опустели полки: люди скупали крупы, масло, муку и консервы, опасаясь дефицита или подорожания, хотя пищевое производство в целом не пострадало; сбои с логистикой лишь усилили нехватку;
• весной 2022 года после новостей об остановке «Артёмсоли» резко вырос спрос на соль и цены на неё; когда правительство разъяснило, что соль легко импортировать, спрос и цены быстро снизились;
• в марте 2026 года, после начала войны США с Ираном, украинские АЗС за несколько дней подняли цены на топливо, хотя продавали запасы, закупленные до блокады Ормузского пролива: продавцы заранее учли ожидаемое удорожание нефти.

Ожидания в политике НБУ и итог взглядов автора

Больше всего идея об ожиданиях, по мнению автора, касается центральных банков. В 2015 году НБУ перешёл к инфляционному таргетированию, которое напрямую учитывает прогнозы бизнеса и домохозяйств относительно будущей инфляции. Центробанк способен влиять на эти прогнозы, поэтому коммуникация относится к сути такого режима. НБУ объясняет решения по учётной ставке и публикует её прогнозы, которые участники рынка принимают во внимание.

Подводя итог, Агапова признаёт, что экономические агенты не вполне рациональны. Однако новокейнсианские модели, по её убеждению, полезны, поскольку привлекают внимание к тому, как решения принимают люди и фирмы. Они также напоминают о необходимости уменьшать неопределённость и выстраивать доверие между экономическими агентами и теми, кто формирует политику.