Южная Корея и дизельное топливо для России: что показал анализ The Guardian

Южная Корея поставляет дизельное топливо в Россию — к такому выводу пришло издание The Guardian, проанализировав портовые записи и данные слежения за судами. В июле и августе в нескольких южнокорейских портах семь танкеров взяли более 176 000 тонн горючего, преимущественно дизельного, и отправились на российский Дальний Восток. Часть этих судов внесена в западные санкционные списки, а Москва из-за ударов по своим нефтеперерабатывающим заводам нуждается в дополнительных объёмах. Для Украины тема чувствительна ещё и потому, что совпала с обострением отношений с Сеулом.

Почему России нужно импортное топливо

Российская нефтепереработка понесла серьёзные потери из-за украинских атак. По данным Международного энергетического агентства, в июне мощности заводов по переработке упали до самого низкого уровня за более чем 20 лет. Выпуск дизельного топлива сократился почти на 30% по сравнению с прошлым годом.

Украинская военная разведка (ГУР) утверждает, что Москва вынуждена ввозить топливо для нужд «российской военной машины». Масштаб импорта видно по данным аналитической компании Kpler, которые проанализировал центр CREA. В августе Россия доставила морем 368 000 тонн нефтепродуктов: это более чем в семь раз превышает июльский показатель и является рекордом с начала полномасштабного вторжения.

Из этого объёма 112 000 тонн, или 31%, пришлось на Южную Корею. Больше поставляла только Индия. По данным Kpler, среди покупателей были «Роснефть» и ННК. «Роснефть» находится под санкциями Британии, США, ЕС и Австралии. Владелец ННК Эдуард Худайнатов и компания ННК-Ойл подпадают под британские санкции.

Что установило журналистское исследование

Основные результаты сопоставления портовых записей и треков судов таковы:

• семь танкеров в сумме совершили 14 рейсов в направлении российского Дальнего Востока;
• груз превысил 176 000 тонн, главным образом дизельное топливо;
• три судна внесены в санкционные списки Британии и Евросоюза;
• одно из них получило топливо прямо в водах Южной Кореи от другого судна, минуя порт.

Такой способ позволяет скрыть, откуда груз, и не заходить в портовые терминалы. Кому принадлежало топливо и кто его продал, установить не удалось: в портовых документах Южной Кореи этих данных нет.

Танкеры «Лейла», Astoria и «Чончхон»: маршруты

Крупнейший подсанкционный танкер «Лейла» дважды выходил из порта Ульсан на юго-востоке страны в сторону Владивостока — 19 июля и 10 августа. Вместе он перевёз 57 000 тонн дизельного топлива. В первый раз судно сообщило южнокорейским властям, что идёт во Владивосток, а во второй назвало пунктом назначения японскую Ниигату.

Второй танкер, Astoria, ходит под российским флагом и находится под санкциями Австралии. Он взял в Ульсане почти 11 000 тонн топлива 1 августа и указал конечной точкой Японию, но затем направился во Владивосток.

«Чончхон» к причалу не вставал вовсе. В начале августа на якорной стоянке у порта Йосу он принял примерно 26 000 тонн от «Селесте I» — это судно под санкции не подпадает. Затем «Чончхон» двинулся во Владивосток, а в документах значился Сингапур.

Позиция Сеула и правовые рамки

По оценке издания, такая торговля, судя по всему, не нарушает законодательство Южной Кореи, хотя и ведётся судами, попавшими под санкции отдельных западных партнёров Сеула. Собственные ограничения страны в отношении России в основном касаются экспортного контроля: под него подпадают промышленное оборудование, электроника и транспортные средства.

Министерство иностранных дел Южной Кореи не ответило на вопросы о поставках и подсанкционных танкерах. В заявлении оно назвало правительство «ответственным членом международного сообщества», которое активно участвует в усилиях по прекращению войны и мирному восстановлению Украины. Ведомство также сообщило, что в рамках Закона о внешней торговле расширило контроль и добавило 1402 нестратегических товара с высоким потенциалом перенаправления на военные нужды. Эти меры, по его словам, выполняются «строго».

МИД Великобритании не ответил, обсуждались ли поставки с Сеулом, и не прокомментировал использование южнокорейских портов танкерами под британскими санкциями. Представитель ведомства заявил о твёрдой приверженности эффективному мониторингу санкций и сотрудничеству с партнёрами, чтобы усилить экономическое давление на Россию.

Политический контекст для Киева

Аналитик CREA Исаак Леви заявил: «Шокирует тот факт, что танкеры, на которые наложены санкции ЕС, загружали топливо в южнокорейских портах и перевозили его в Россию. Это подрывает режим санкций и поддержку Украины со стороны Южной Кореи».

Сеул передавал Украине гуманитарную помощь и нелетальное снаряжение: шлемы, бронежилеты, машины для разминирования. В 2023 году он пообещал поддержку на 2,3 млрд долларов, преимущественно в форме кредитов. Вместе с тем страна не поставляет летальное оружие воюющим государствам и давно ищет баланс между помощью Киеву и желанием улучшить связи с Москвой. Россия, со своей стороны, выразила интерес к восстановлению отношений, в том числе торговых.

Опрос торговых ассоциаций 2025 года показал: почти 80% южнокорейских компаний, которые после начала войны прекратили экспорт в Россию, готовы вернуться на рынок. Отгрузки в портах резко выросли в июле — как раз тогда, когда президент Ли Чже Мён на саммите НАТО в Турции пообещал 100 миллионов долларов на восстановление Украины.

В марте, когда война с Ираном вызвала закрытие Ормузского пролива, Южная Корея ограничила экспорт некоторых видов топлива и импорт российской нефти в рамках исключения из американских санкций. 1 октября Великобритания временно вывела Южную Корею из-под действия запрета на морскую перевозку российского СПГ, который вступит в силу в январе 2027 года; это касается действующих газовых контрактов.

Отношения с Киевом дополнительно осложнила передача двух северокорейских военнопленных в Южную Корею: по словам Сеула, это должно было остаться тайной. Как ранее писал «Фокус», Сеул требует от Украины извинений и считает, что такие действия могут навредить двустороннему сотрудничеству.

Итог: что известно и что остаётся открытым

Достоверно известно, что за два месяца из южнокорейских портов на российский Дальний Восток вывезли более 176 000 тонн топлива, а три танкера из этой группы находятся под санкциями Британии и ЕС. В августе Россия установила рекорд морского импорта нефтепродуктов, и 31% пришёлся на Южную Корею. Сеул подчёркивает расширенный экспортный контроль, а торговля топливом, судя по всему, закон не нарушает.

Неизвестно, кто продавал это топливо и кому оно принадлежало. Лондон не пояснил, поднимал ли вопрос перед Сеулом. Непонятно и то, изменит ли Южная Корея практику на фоне критики и напряжённости в отношениях с Киевом.